Вандал или первооткрыватель? [Генрих Шлиман]

Без рубрики

Генрих Шлиман – знаменитый археолог-самоучка, который доказал всему миру, что события «Илиады» и «Одиссеи» Гомера – правда, а не красивая выдумка древнегреческого поэта. Как получилось, что бывший рассыльный из Амстердама прославился больше маститых ученых, которые всю жизнь посвятили науке? Каким образом он – обычный представитель голландской фирмы в России добился мировой известности как первооткрыватель легендарной микенской культуры?

Феноменальный энтузиаст

Во-первых, Шлиман не был обычным предпринимателем. Андрей Аристович – как звали его в России, где он даже обзавелся семьей – был полиглотом: он знал 15 языков – европейских, восточных, древних и, конечно, овладел и великим и могучим русским. Он самостоятельно изучил санскрит и египетскую иероглифику. Этот талант в буквальном смысле сделал его гражданином мира.

Во-вторых, Шлиман был страстным энтузиастом своего дела. Он совершил два кругосветных путешествия, посещал знаменитые места раскопок и изучал отчеты о них. Он был необычайно начитан – не хуже университетских профессоров, слушал лекции по археологии в лучших учебных заведениях Англии и Германии. Шлиман и сам читал лекции и даже получил степень доктора наук.

Да, «Андрею Аристовичу» не хватало узкоспециальных знаний, но зато энергии и самоуверенности было не занимать. Прочитав «Илиаду», он совершенно искренно – как ребенок или Индиана Джонс – поверил, что именно ему суждено открыть дворец знаменитого царя Приама. Вообще, он был человеком широкого кругозора с отличным чутьем историка. Так, он спрогнозировал открытия нескольких древних цивилизаций, и спустя десятилетия его предсказания сбылись.

«Львиные ворота» в Микенах. Генрих Шлиман наверху справа у изображения львов, 1885 год
«Львиные ворота» в Микенах. Генрих Шлиман наверху справа у изображения львов, 1885 год

Первооткрыватель или вандал?

На самом деле Шлиман не был пионером в поисках легендарной Трои. За 40 лет до его прибытия в Малую Азию шотландский геолог Чарльз Макларен объявил, что под холмом Гиссарлык в Троаде, находившейся под владычеством Османской империи, сохранились остатки гомеровской Трои. Эту идею разделял британский дипломат Фрэнк Калверт, который организовал раскопки на этом месте. Шлиман мгновенно загорелся идеей Макларена:

«Я обнажу весь холм Гиссарлык, ибо уверен, что найду Пергамон, цитадель Трои».

Каковы же были результаты его раскопок? В 1871-1873 годах он действительно нашел остатки крепостной стены, повреждённой пожаром, – но только это была не Троя, а другой, более древний город, который был на 1000 лет ее старше. Там же был обнаружен уникальный клад – собрание редчайших украшений баснословной ценности.

Шлиман в реклaмных целях объявил на весь мир, что обнаружил Трою и клад Приама – последнего троянского царя. Впоследствии многие ученые обвиняли своего талантливого самоучку-коллегу в том, что он в погоне за гомеровскими артефактами варварски разрушил несколько ценнейших исторических слоев с уникальными памятниками древности.

Фотография «Клада Приама», 1873 год
Фотография «Клада Приама», 1873 год

Но оправданны ли эти обвинения? Да, Шлиман в своем азартном стремлении поскорее найти Трою повредил культурологические напластования, однако его находки произвели сенсацию и дали мощнейший толчок развитию археологии во всем мире. Он был пионером в полевых исследованиях; благодаря его открытиям учёные доказали историчность гомеровских поэм.

К тому же нельзя забывать, что общий уровень развития археологии в то время оставлял желать лучшего. Методология бережных, грамотных раскопок только формировалась. А Шлиман-самоучка хоть и горел энтузиазмом, но все-таки не был фанатиком. Во время раскопок он советовался со специалистами по хронологии, древнегреческому эпосу и керамике (кстати, именно Шлиман первый стал изучать ее как ценный археологический источник).

«На меня смотрело лицо Агамемнона»

Так заявил Генрих Шлиман, раскопав в 1876 году царские гробницы в греческих Микенах. Обнаружив поврежденные скелеты в золотых масках, он несколько разочаровался: ведь Гомер ничего не писал об этих украшениях. Но археолог-энтузиаст не пал духом и быстро уверил и себя, и общественность, что в одной из них увидел портрет самого Агамемнона – царя Микен, предводителя греческих войск в Троянской войне из поэмы «Илиада».

Шлиман с присущей ему самоуверенностью поспешил сообщить любознательной прессе, что открыл ни много, ни мало – новую древнюю цивилизацию! На эту тему он за несколько месяцев опубликовал 14 статей в британской «Таймс», и новость мгновенно стала мировой сенсацией.

«Я открыл для археологии совершенно новый мир, о котором никто даже и не подозревал», – объявил он.
Часть золотых предметов из находок в Микенах / Национальный археологический музей, Греция
Часть золотых предметов из находок в Микенах / Национальный археологический музей, Греция

Но действительно ли Шлиман нашел маску Агамемнона? И в этот раз Шлиман ошибся: его находка оказалась старше Троянской войны, что, впрочем, ничуть не умаляет ее ценности. Кроме погребальных масок Шлиман откопал больше 13 килограмм золотых предметов! А насчет новой цивилизации он не ошибся: впоследствии ученые определили ее как микенскую – первую культуру, созданную собственно древними греками.

Шлиман многого добился благодаря энтузиазму самоучки, самоуверенности и, конечно, деньгам (ведь раскопки он оплачивал из своего кармана). Чего же ему не хватило, чтобы стать ученым в полном смысле этого слова? Или он им все-таки стал – вопреки скепсису титулованных академиков?

Оцените статью
Мир Истории [WOH]
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.